Майор Дымовский из Новороссийска, Отечества и Путина слуга, крутой оперативник, гений сыска, хотя и приторможенный слегка, почувствовал, что кризис на пороге и что дела в стране нехороши, и разместил в своем видеоблоге к премьеру обращенный крик души.
Он там ему сказал, что честь имеет, что жизнь ему уже не дорога, что типа у него рука немеет, а медики не лечат ни фига, что долго он терпел и вот решился, поскольку жизнь буквально доскребла; что двух он жен на должности лишился (они ушли, поскольку нет бабла); что все новороссийское начальство относится к майорам, как к скотам, а так как он со многими общался, то так повсюду, а не только там; что произвол начальников чиновных в Новороссийске бешено раздут, что вынужден сажать он невиновных, а то иначе денег не дадут, что вот ему уже не дали справку, хоть он зубец и будущий отец… «Давайте вообще уйдем в отставку!» — он предложил премьеру наконец.
Немедля зароилось много слухов. В Новороссийск инспекторы стеклись. По виду наш майор — типичный Глухов, сбежавший, если помните, в Тифлис, с той разницей, что тот сбежал с оружьем, а этот вынес мусор из избы, — но Родина с рыданием белужьим готова им обоим дать как следует. Естественно, у этих двух диковин различья осязаемые есть: был Глухов нем, Дымовский — многословен. Тот — дезертир, а этот все про честь. У Глухова движенья были ватны, а этот брав и выправкой удал, — но оба до того неадекватны, что я бы им оружия не дал. Майор ведет такие разговоры, как будто он обкуренный в дугу, и если таковы у нас майоры — старлея и представить не могу.
Не думаю увлечь своим примером того, кто нацгерой и полубог, но если б я России был премьером — я тоже бы завел видеоблог, где уделял бы время разговору с народом, не желающим лизать, и там бы утомленному майору ответил симметрично, так сказать.
— Майор! Я вам отвечу, как умею, — сказал бы я Дымовскому тогда б. — Я был майор, я тоже честь имею и сам тружусь, как на галерах раб. Безрадостно живу и небогато, в бюджете дыры, в сердце пустота, меня почти не уважает НАТО и смотрит на меня, как на скота. В стране не видно войск боеготовых, и преданных дай Бог найдется полк. Порой и я сажаю невиновных, но это наш, майор, служебный долг. К тому же в местных кражах и растратах виновны все, замечу не шутя. У нас в России нет невиноватых, включая ваше новое дитя. Страну пора отправить в переплавку. Спасибо вам, коллега, за совет — я думаю давно уйти в отставку, но для таких, как я, отставки нет. Не следует считать меня злодеем, хоть в этом направленье я расту. А главное — что мы еще умеем? Придется нам остаться на посту, — и вам, и мне, — смиряя буйный норов и видя обстановку без прикрас: здесь нету для меня других майоров. Других премьеров тоже нет для вас. На стенку коммунальную не влазьте и не сходите с бедного ума. Мы действуем в такой системе власти, что вечно возрождается сама. Не следует греховными устами звать к переменам Родину свою. Хотите — поменяемся местами? Все будет точно так же, зуб даю. Так сделали языческие боги, чей замысел суров и бестолков. Мерси за то, что бунтовали в блоге, а ведь могли палить, как Евсюков. Мерси и мне: я правлю, стыд отбросив, зато не лицемерю ни хрена, — а мог бы, как неистовый Иосиф. Иль как Иван (смотрели Лунгина?). Тогда наш век эффектней был бы прожит, но что уж тут поделать — не дано.
Конечно, так ответить он не может. Но по глазам же видно все равно.
